Растаял снова ледяной дворец, 
И стены стали жемчуга белее,
Я принял облик ветра, наконец,
И зашагал по строфам веселее.

Я в бездну синеглазую смотрю –
Она мне улыбается туманом,
Созвездья в белолицую зарю
Уходят белогривым караваном.

Как зеркало сверкает неба гладь –  
Исполнена кармическим дурманом…
И нечего прибавить и отнять,
Лишь расписаться в изумленье пьяном.

А в мире громыхает суета…
Гремят грозой гранатовые своды,
И замки снова строят изо льда
Мессией не спасённые народы. 

Мне ангелом быть тоже по душе – 
Приятен дух безвольного бестелья!
Я был при жизни грешен, но уже
Неведомо мне праздное веселье.

Мессия – это кто-то, кто живой… 
Он сам ещё не ведает, не знает…
Он душу, окрылённую собой, 
Как агнеца на плаху возлагает. 

Спасибо, Господи, что всем моим мечтам 
Не суждено при жизни было сбыться!
Слова, как нити, тянутся к словам, 
Чтоб рифмою не сказанной родиться.

В обличьи первозданной красоты
Вселенной завитки звенят стихами,
Уходят в сон увядшие мечты 
И догорают в лампе мотыльками.